Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

pastoral

Севир Антиохийский (ок. 553) -христологич. фрагмент


«Еммануил, [состоящий] из божества и человечества, то есть человеческой плоти, одушевленной разумной душой, совершенно сохраняющихся согласно своему закону, есть одно Лицо через соединение, без изменения и без слияния, из двух в единстве, [ибо] Бог Слово Свою Ипостась, то есть Свое пред вечное божество, без изменения сохраняет, и человечество, которое Он с Собой неизъяснимым образом со единил, в своей ипостаси без изменения пребывает» (Севир Антиохийский. Против нечестивого Грамматика / Пер.: свящ. О. Давыденков // БС ПСТБИ 2003. Вып. 12. С. 89).

Я думаю, что с этой формулой согласятся и многие халкедониты, и многие несториане: Слова "в своей ипостаси без изменения пребывает" относятся явно к Богу Слову, т.е. Его ипостась – неизменна, согласно Севиру, даже при воплощении. Это подразумевает (не проговоренное тут) наличие реальной человеческой индивидуальности ("ипостаси" в значении "кхномы" сирийской Традиции).


Знаменитая христологическая формула «единая сложная природа», впервые появившаяся у Севира, теоретическое осмысление получила именно в трудах Иоанна Филопона. Если вдуматься в эту формулу, то единство бытия, предполагает и единство природы. Так природа "человек" может соединиться с природными элементами (но не полной ипостасью природы), скажем, свиньи (при пересадке почек или переливании крови свиньи к человеку, что уже применяется в современной науке). В таком случае природа прибавленная мутируется в природу доминирующую: свиная почка становится почкой человека. Но ведь генетически, даже существуя в природе человека, она, во-первых, остается свиной почкой, а во-вторых, составляет единое природное бытие человека, принявшего эту почку. Полноценное слияние двух природ (а не просто одной природы с фрагментом другой природы) в одном субъекте бытия (лице) либо образует мутанта (на что справедливо указывают халкедониты), либо требует реального центра этого бытия – ипостаси, кхномы (на что справедливо указывают несториане).
pastoral

Мессалианство: не изученные вопросы


О нем три неплохих очерка Муравьева:
1. Сирийское досье «мессалианского» феномена (IV в.). К вопросу о начале движения «молитвенников» в сироязычной среде. – 2. Иоанн Златоуст в Антиохии, движение акимитов и вопрос о содержании «мессалианской ереси». – 3. «Мессалианский миф» IV-V вв. и споры об аскетике в Иранской Церкви Востока VII в. н.э.
Все три очерка (а именно в указанной последовательности я бы советовал их читать) опубликованы в Приложении в книге:
Мар Исхак Ниневийский. Книга о восхождении инока / Пер. с сир. А.Муравьева. – М. 2016.


То, на что не обратил внимания Муравьев:

Collapse )
солнце

"Софья Палеолог: стереотипы и реальность" в Лектории храма Троицы на Воробьевых горах

Оригинал взят в  mgu_hram_troicy

22 декабря, в четверг, в 18.00 в Лектории храма Троицы на Воробьевых горах,
в рамках сотрудничества с православными преподавателями МГУ, состоится выступление МАТАСОВОЙ Татьяны Александровны - кандидата исторических наук, доцента исторического факультета МГУ, автора книги "Софья Палеолог" в ЖЗЛ,
по теме: "СОФЬЯ ПАЛЕОЛОГ: СТЕРЕОТИПЫ И РЕАЛЬНОСТЬ".

Приглашаем всех желающих. Вход свободный.
Адрес: Воробьевы горы, ул.Косыгина, д.30


pastoral

Ноябрь, 14 день (юл.кал.). Память импер. Юстиниана и Феодоры


Им в греч. текстах присутствует только тропарь.

Тропарь, глас 3:
Делами православия просиявши, / всякое злославие угасли, / победные трофеи неся, всех благочестием обогатили, / украсив же Великую Церковь, / справедливо [1] обрели Христа, / дарующего вам [2] и всему миру великую милость.

[1] Я помню, что «ἀξίως» это «достойно», но еще оно же может иметь ввиду и «справедливую награду», т.е. по моему мысль тропаря такова, что завершив строительство Св.Софии, царствующие как справедливую награду обрели Христа, Который дарует мир их царству и умиротворяет весь мир.
[2] Я уверен, что именно так и было в тропаре: речь шла об умиротворении их царства. Ведь строительство Св.Софии мыслилось еще и как символ прекращения междоусобиц в империи (если мне не изменяет память, Св.Софию стали строить после подавления «ники»?). Мысль тропаря – на мой взгляд – такова: Строительство Св.Софии послужило умиротворению царства. Здесь очень глубоко выражена имперская идея: Храм Св. Софии – символ вселенской Церкви и всего универсума («космоса»), а потому обустройство этого Храма служит умиротворению «всего мира», который в итоге должен подчиниться «царствующему Граду» (ср. со стихирой Кассии на Р.Хр: «Под единым Градом земным все народы были»). Ср. так же тропарь в описании Ивановым Греч. Апостола (на 22 дек. «Отверстие св. Божьей Великой Церкви»): «Град наш, Господи, яко око вселенныя, от всякого Твоего праведного прещения свободи и державами царствия той всячески украси [здесь неудобовразумит. слав. текст мне кажется имеет ввиду следующее: «владычеством над царствами» других народов – арх.Ф.], варваров низложение и прогнание бед Богородицею даруя» (с. 173). Вот и ответ о связи между Храмом Св.Софии и умиротворении «мира»: Град Константинополь – «око вселенной», соответственно и Храм его – «кафедральный собор» всего христианского мира.

Так же имеется две альтернативные службы: Тропарь, составленный монархистами [тут ] и служба, составленная Ивановским иеромонахом Юстинианом [тут ] Обсуждение уставных деталей в греч. практике см. тут: [тут ]. См. так же: Ивановъ А. Греческій рукописный апостолъ, принадлежащій Предтеченской церкви въ г. Керчи. // «Записки Императорскаго Русскаго Археологическаго общества». — Томъ I. — Спб.: Типографія Императорской Академіи Наукъ, 1886. — С. 172-173. [ на сайте "osanna" и вот тут скан текста в формате pdf ]
pastoral

Никейцы, Каппадокийцы и Рим (и «казус папы Либерия»)!



Сколько веков прошло, сколько чернил истрачено, а люди так и не могут понять простейшую логику Тринитарной Доктрины. А уж в исторических реалиях путаются, как пилигримы меж двух сосен. Вот и Самвел [grigor-yan.livejournal.com/1103135.html ] написал текст, который демонстрирует это «классическое недопонимание». «Казус Папы Либерия» состоял не в том, кто и насколько был верен Никее, а в том, что самого никейского вероопределения было недостаточно для изложения тринитарной доктрины.

1. Основная проблема, стоявшая перед Триадологией того времени, – это не только защита единства бытия (и сущности), но и утверждение реального Персонального Бытия Каждого из Трех (т.е. противостояние соблазну модализма, иначе рекомого «саввелианства»). Проблема усугублялась тем, что сама Никея, во-первых, не решила этого вопроса (т.е. нет сомнений, что никейцы исповедовали реальное бытие Трех Персон, но никак они это не выразили), не выделила терминологического аппарата для обозначения актуального бытия Трех. Отцы Собора сосредоточились только на отповеди Арию касательно природы («эссенциа», которая терминологически очень часто воспринималась как синоним «субстанциа») Логоса. Во-вторых, сами отцы для изложения тождества сущности пользовались «скомпрометированным» модализмом термином «единосущный». Это мы все сегодня сидим все такие «заученные» и гордимся «правильной трактовкой», но что бы мы сказали, живи мы в то время и узнав, что Вселенский Собор взял в основу (!) терминологии понятие, осужденное менее века тому во время скандального процесса против Павла Самосатского? Давайте вообразим более нам приближенную ситуацию: Вот выступит политик с программой, в которой будут задействованы какие-то громкие фразы из гитлеровского «Майн капф» или из «манифеста фашизма» Италии, каково будет наше восприятие? Не заклеймим ли мы его сразу же фашистом и нацистом? И до многих ли «дойдет» желание внимательно изучить программу и отметить, что автор лишь «пользовался некоторыми терминами и понятиями, которые во вражеском лагере будучи приняты, имели существенно отличающееся значение»? Такой же казус случился и с «единосущием».

2. Чтобы защитить Никею от упреков в «склонности к модализму» великие (действительно великие!) каппадокийцы принялись за разработку термина «ипостась». Это – очередной органический и естественный этап развития тринитарной терминологии.

Рекомендую:
Грезин П.К. Богословский термин «ипостась» в контексте позднего эллинизма // Богословский Вестник МДАиС, № 5-6. – М. 2005-2006. – с. 191-228

Collapse )
Kassia

Поль Лемерль, "Первый византийский гуманизм"

Вышел в русском переводе.

Поль Лемерль. Первый византийский гуманизм. Замечания и заметки об образовании и культуре в Византии от начала до Х века / Вступ. ст. и пер. с франц.: Т. А. Сенина (монахиня Кассия). — СПб.: «Свое издательство», 2012. — xiv+490 с.

Книга посвящена интеллектуальной жизни Византии от ее начала до Х века, более всего IX - X векам - периоду, чрезвычайно важному для всего дальнейшего развития мировой культуры: именно тогда ученые византийцы переписали и таким образом спасли для потомков наследие античных греческих авторов. Автор прослеживает отношение к эллинизму в Византии от возникновения Империи до десятого столетия - века византийского энциклопедизма. В книге содержатся почерпнутые из источников интереснейшие сведения о византийском образовании, как школьном, так и высшем; о жизни византийских учителей и учеников; о библиотеках Империи, как светских, так и монастырских, и об их содержимом; о том, насколько в действительности темными были в Византии так называемые "темные века"; о роли иконоборческих споров в возрождении и дальнейшей судьбе византийского эллинизма; о появлении минускульного письма и о судьбе отдельных дошедших до нашего времени рукописей; о соотношении литературы мировой и религиозной и об отношении к ней византийцев; об исчезнувших книгах, чье содержание нам известно лишь из упоминаний о них в сочинениях византийских ученых; о людях, благодаря которым мы до сих пор можем читать произведения Платона, Аристотеля, Гомера, Еврипида; о жизни и деятельности великих византийских интеллектуалов, таких как Лев Математик, Фотий Константинопольский, Арефа Патрский.
Книга предназначается для всех интересующихся историй образованности в Византии и ее интеллектуальной жизнью.

Продается в питерском магазине "Свои Книги" по адресу Кадетская линия ВО д. 25 (тел. 966-16-91), а также в сетевом магазине издательского проекта Quadrivium.

Титулы, оглавление, вступ. статья переводчика и введение самого Лемерля - здесь.

Being in Between. Byzantium in the Eleventh Century.день 2

День началася рано (в 9.00) с двух параллельных сессий свободных сообщений для младших византинистов. Я был на секции номер два. Народу было немного (человек двадцать), но в аудитории несмотря на ранний час были и значительные люди. В моей секции самым интересным был доклад Адама Издебского (Adam Izdebski) (Польша-Германия), который изучил палинологические данные, собранные на нескольких озерах в Малой Азии (на Бейшехире в частности) и сделал на основе этих данных  выводы о том, что там росло и как. На основе найденных археологами семян и прочих микрокомпонентов ему удалось выяснить, что в некоторых локациях условно "позднеантичный" тип земледелия сохранился до 11 века. Помимо Издебского в секции выступали греческие специалисты, а также студентка Ольги Сигизмундовны Поповой Александра Щербакова, которая докладывала про Осиас Лукас. Доклад был встречен с пониманием и вызвал вопросы со стороны старших специалистов по архитектуре. Саша Щербакова вообще оказалась единственной кто представлял российское образовательное учреждение (МГУ) напрямую, а не от лица какой-то иной международной институции.

Первая часть основной сессии носила название "Византия изнутри" (Byzantium from Within). Джеймс Ховард-Джонстон (James Howard-Johnston) рассказал о памятнике Peira и его авторе: по мнению Ховард-Джонстона юридический текст был создан для школы судей Константина Мономаха на фоне растущей роли судей в управлении империей и необходимости прояснения некоторых законов. Следующий доклад американской исследовательницы Леоноры Невилл (Leonora Neville) был посвящен сакрализации власти в Византии в 11-12 веке. Невилл предложила использовать для описания сакральной власти понятия, которые были разработаны американскими исследователями истории религии, например понятие "локативной" (утверждающей порядок) и "утопической" (разрушающей границы) религий. Она продемонстрировала возможность применения понятий для описания изменений в империи середины 11 века, когда "удешевение" чиновных должностей и падение значения иерархии (tacis) совпало с падением сбора налогов (taxes). Леонора также указала на системообразующую роль налогового регистра в культуре империи.Ее выступление было поддержано Авриль Камерон (Avrile Cameron), которая призвала византинистов активнее использовать наработки американских религиоведов последних лет. Завершил сессию доклад Петера Сарриса (Peter Sarris), который рассказал об изменении анатолийского ландшафта и системы землепользования в 11 веке на основании обобщенных археологических данных. Он особо отметил, что смещение пограничной зоны на запад в конце века привело к появлению в западной Малой Азии новых форм ландшафта и призвал чаще использовать завоевания ландшафтной истории (Landscape History).

Вторая часть основной сессии носила название "Византия и все что за ее пределами I" (Byzantium and beyond I). Сессию открыл румынский археолог Флорин Курта (Florin Curta) (работает в университете Флориды, США). Он рассказал о том, каким образом образ печенегов византийских источниках можно связать с обобщенными данными современной археологии и указал на некоторые группы населения (миксоварвары), которые фиксируются на уровне находок, но редко фигурируют в источниках. Во втором докладе сессии Тим Гринвуд (Tim Greenwood) рассказывал о самосознании армянских горожан из региона Ани на материале надписей и архитектурного убранства церквей. В завершающем сессиию докладе Джонатан Шепард (Jonathan Shepard) рассказал о малоизвестных попытках императора Генриха II и папы Льва IX имитировать имперскую пропаганду Василия II а также о важности паломничеств в Иерусалим не только в конце 11 века, но и в его начале. Свой доклад Шепард сопроводил презентацией, на которой особо выделил три коммуникационных маршрута (Средиземное море, путь из варяг в греки, Скандинавия-Англия), по которым в 11 веке шло распространение византийской материальной культуры: он специально отметил наличие византийского шелка в раскопах английских поселений 11 века.

Третью часть основной сессии "Византия и все что за ее пределами II" (Byzantium and beyond II) открыл Энтони Истмонд (Antony Eastmond), который рассказал об алтарной преграде в грузинских храмах 10-11 века и о месте посвятительных изображений в этих храмах. В своем докладе Истмонд уделил также большое внимание грузинским иконам. Второй доклад в сессии читал патриарх византийской истории архитектуры Роберт Остерхут (Robert Ousterhout). Он рассказал об исследованиях анатолийских пещерных церквей в районе Гереме: по его мнению то, что традиционно считается монастырскими комплексами на самом деле представляет собой большое число отдельных мемориальных часовен (memorial chapel) с примыкающими к ним трапезами. Остерхут отметил, что его выводы носят предварительный характер и нуждаются в дополнительной проверке. Третий доклад в секции читал симпозиарх Марк Уиттоу (Mark Whittow). Он предложил возобновить дискуссию о развитии феодализма в Византии, начатую еще Лемерлем, на основании новых, локальных определений феодализма, которые европейская наука дала в последние двадцать лет. Уиттоу отметил сходство отдельных особенностей устройства провинциальной англии при норманнах и провинциальной Византии в 11 веке (в частности рост роли провинциальной знати, изменение ландшафта и формирование новых центров). По мнению Уиттоу, дальнейшее исследование темы может быть методологически перспективно.

Я заранее извиняюсь за возможные ошибки и опечатки в тексте моего сообщения. Прошу коллег указать мне на них -- я постараюсь их исправить.
  • sergak

Вышла новая книга М. А. Поляковской

Вышла в свет монография Маргариты Адольфовны Поляковской «Византийский дворцовый церемониал XIV в.: «театр власти» [Поляковская, М. А. Византийский дворцовый церемониал XIV в.: «театр власти» / М. А. Поляковская; науч. ред. Т. В. Кущ. Екатеринбург: Изд-во Урал. ун-та, 2011. 334 с. ISBN 978-5-7996-0644-2].


Монография д.и.н. профессора М.А. Поляковской посвящена исследованию поздневизантийского церемониала, транслировавшего через сложившуюся практику ритуалов имперскую политическую идеологию. В рамках церемониального пространства императорского дворца представлен многообразный мир двора василевса – от праздничных приемов до траурных обычаев. Автором рассматривается церемониальный образ императора, способы презентации структур власти, реальные и декоративные функции придворной элиты и чинов различных рангов. Основной темой исследования является воплощенная в церемониале политическая идеология Поздней Византии в условиях нарастающего кризиса общества и государства. В XIV столетии придворный церемониал превратился не только в форму презентации власти Палеологов, но и стал средством воздействия на общественное мнение с целью упрочения в умах подданных идеи непоколебимости власти василевса и могущества империи.


Книга адресована историкам-византинистам, филологам, искусствоведам, а также всем, кого привлекает уникальный образ Византии и ее место в истории средневековой цивилизации.

Маргарита Адольфовна является руководителем научно-образовательного центра «Византиноведение», который получил финансовую поддержку Министерства образования и науки Российской Федерации в рамках Федеральной целевой программы «Научные и научно-педагогические кадры инновационной России» на 2009–2013 гг., ГК 02.740.11.0578.


Отсюда: http://hist.usu.ru/news/client/news.asp?nid=970&vid=2


Лукас

Война с персами, война с вандалами и тайная история Прокопия Кесарийского

Прокопий Кесарийский. Война с персами. Война с вандалами. Тайная история. - М., 1993.:

РуТрекер: http://rutracker.org/forum/viewtopic.php?t=3676052

ФТП на форуме Исторички: http://files.istorichka.ru/FTP/Vizantinovedenie/Istochniki/Prokopij_Vojny_s_persami_i_vandalami_Tajnaja_istorija.1993.djvu
Eva
  • comnen

Эдвард Люттвак. Стратегия Византийской Империи

Эдвард Люттвак. Стратегия Византийской Империи. Москва. Университет Дмитрия Пожарского. 2010, 664 стр.

Книга написана с позиций обобщения, некой попытки целостного анализа классической Византии; читается необычайно легко.

Основная мысль автора - государство имеет некую идею, стержень, определяющий его выживание в бушующем мире. То, что для человека назвали бы ментальностью, в отношении стран Люттвак говорит о стратегии. Византия - по мысли автора - фантастически успешное государство, 1000 лет жизни, способность возрождаться из самых безвыходных тупиков, гибкость, доведенная до автоматизма, когда вся вертикаль власти функционирует в едином ритме, когда идея ромейской державы целостна и закончена.

Византия по своему рождению была слишком слаба и неудачно расположена для продолжения чисто римской политики - политики тотального уничтожения врага, абсолютного господства. Византия могла лишь выживать, успешно стравливая соседей, никогда не доводя дело до последней, решительной битвы. Вчерашние враги - завтрашние союзники. Не пренебрежение к соседям, а их изучение (разумеется, с высокомерных позиций цивилизованной Ойкумены), вовлечение, искусство дипломатии, военная сила как последний довод, истощение врага: Византия создавала из минимума военной силы максимум мощи.

Как так получилось? Спасибо гуннам Атиллы, поставившим страну на колени; или, более широко, всем кочевым народам, научившим ромеев, что на смену одним захватчикам придут другие, что поставить точку в борьбе/войне нельзя. Как примеры Ираклий и Михаил Палеолог, Феодосий, Комнины (как наиболее яркое проявление византийской стратегии) и многие другие.

Автор проходится по византийской истории, разбирая на примерах стратегию империи. Из недостатков отмечу тот, что он практически останавливается на поздних Комнинах; а ведь Палеологи - это еще более изощренная политика, это стратегия в абсолюте, когда военных сил у Империи не ыло вообще, а она выживала, не сдавалась!

Из интересных моментов запомнились следующие:
1. Византия переняла у кочевников лук с обратным изгибом, чем обеспечила себе стратегическое превосходство на поле боя (перед западом) и частичное равенство (с востоком).

2. Юстиниана часто упрекают в том, что он поставил невыполнимые цели и потому страна надорвалась; восстановление Римской империи обернулось кризисом. Автор склонен думать, что цели были реальные; подвела чума. В 544 она пришла в Империю и самая населенная страна того времени понесла самые большие потери, разрушение ткани цивилизации. Опираясь на успехи до чумы (+ общий ход развития, последовательность Юстиниана в строительстве, в законотворчестве), Люттвак считает, что всё было возможно, но...
Его выводы подкрепляются выводами других ученых. Судя по всему, смертность достигала 70-80%, новый штамм не имел препятствий.

3. Вообще отход страны от своей "роли"/ментальности оборачивается поражениями: Манцикерт, Мириокефал - примеры такого развития событий.